Театр любви - Наталья Калинина (1996)
-
Год:1996
-
Название:Театр любви
-
Автор:
-
Жанр:
-
Язык:Русский
-
Страниц:119
-
Рейтинг:
-
Ваша оценка:
В душе Татьяны пробуждается прежние чувства, при случайной встрече с возлюбленным. Но ещё далеко до счастья взаимной любви. Все грёзы героини разрушает некий рок, чья-то неведомая сила. Ища разгадку этой странной тайны, Татьяна неожиданно для себя самой теряет голову, встретив мужчину, о котором она мечтала всю жизнь.
Татьяна расставшись с неверным возлюбленным, обрекла себя на муку. Перед её глазами всё время плыла картина его счастливой жизни с другой. Через года судьба снова сводит героев. Молодую женщину целиком захватила любовь другого человека, незримо стоявшего между ними всю жизнь.
Театр любви - Наталья Калинина читать онлайн бесплатно полную версию книги
— Да, да. А Варвара и говорит: Пташку нам сам Бог послал из другого мира. А Сашок ее поправил: не из мира, говорит, а из… Постой, постой, какое-то он слово сказал — никак не припомню. Похоже на направление.
— Измерение?
— Да, да. А что это такое, я не знаю.
— Это так, ерунда. — Я смутилась. — Детство. У вас, Наталья Филипповна, замечательная память.
— Да что ты. Вот в молодости воистину хорошая была. Бывало, картину посмотрю и всю по памяти перескажу. За каждого артиста. Теперь уже не то.
Значит, они говорили сегодня обо мне. И Саша наверняка вспомнил что-то из нашего прошлого. Его невозможно забыть, что бы ни случилось и как бы мы ни жили потом.
Потом… Страшное слово, похожее на удар по голове чем-то тупым. Там, за этим словом, темно, как в глубокой пропасти. Или в моей комнате, когда я задвигаю тяжелые портьеры.
— А… после Варвара Аркадьевна пошла с Рыцарем гулять, да?
— Нет, нет. Она пошла с собакой уже после того, как они с Сашком поссорились.
— Поссорились? Из-за чего? — удивилась я. — Вы же говорите, оба были мирно настроены.
— Ну да, мирно. Чаю попили с вареньем из черной рябины. Вкусное такое, только язык после него черным становится. Как после черной тютины. Ты когда-нибудь ела черную тютину?
— Очень давно. Уже и вкуса не помню. Под Москвой черная тютина не растет.
— Не растет… — Мне показалось, Наталья Филипповна глянула на меня сквозь свои толстые очки-линзы. — У вас здесь много чего не растет.
— Чай вы тоже втроем пили?
— Ну да, втроем. Валентина в одиннадцатом часу приходит, когда во второй смене. Это нынче ее милиция пораньше забрала с работы. Варвара возьми и скажи, что Валентину она теперь по струнке заставит ходить. И та у нее пикнуть не посмеет.
Я представила Кириллину так, будто наблюдала эту сцену на кухне сама: ее большую красивую руку, в которой она держит фарфоровую чашку с елочками, крупные сочные губы, выговаривающие: «Я ее теперь по струнке заставлю ходить. Она у меня пикнуть не посмеет».
Наталья Филипповна продолжала обстоятельный рассказ, а я уже слышала не ее, а их голоса и дорисовывала в своем воображении всю сцену в подробностях.
— Интересно посмотреть, как это у тебя получится.
Саша посмотрел на Варвару Аркадьевну с насмешкой.
— Думаешь, мне приятно было наблюдать все эти годы, как ты пресмыкаешься перед нею? Думаешь, я терпела в своей квартире эту халду потому, что питаю к ней какие-то нежные чувства? Думаешь, все эти годы я могла спокойно спать?
— Ничего я не думаю, Варечка. Пей спокойно свой чай — он совсем у тебя остыл.
— Помнишь, какой скандал она мне закатила в мой последний день рождения? Представляю, как бы чувствовала себя та же Светлова в обществе этой парикмахерши.
— Тоже мне графиня, эта твоя Светлова.
Кстати, Варечка, все продукты принесла тебе Валентина.
— Я с ней до копеечки рассчиталась. Потом две недели на одном кефире сидела.
— Ты сама так захотела.
Если у Саши было хорошее настроение, даже Кириллиной трудно было его испортить. На этот раз оно у него было, видимо, очень хорошим.
— Не стану же я сидеть на иждивении у этой парикмахерши и ее бесхребетного мужа?
— Ну, хватит.
Это было сказано примирительным тоном. Саша в любой ситуации старался найти лазейку к примирению.
— Да, ты прав, с меня хватит. Теперь, когда я нашла вот это…
Кириллина встала и вышла из кухни.
Вернулась она, держа в руках старую общую тетрадь в серой обложке.
Саша вскочил, опрокинув табуретку.
— Представляешь, где она ее прятала? В корзине с грязным бельем. Хитрая тварь! Знает мое отвращение ко всякой грязи. Письмо, которым она мне восемь лет угрожала, я, разумеется, сожгла. Не дай Бог еще попадет в руки этой шизофренички — матери Стрижевской. Хотя там ничего такого и нет. А она держала в страхе меня, тебя…
— Ты прекрасно понимаешь, что тут дело вовсе не в страхе.