Дом на Солянке - Валерия Вербинина (2020)
-
Год:2020
-
Название:Дом на Солянке
-
Автор:
-
Жанр:
-
Серия:
-
Язык:Русский
-
Страниц:116
-
Рейтинг:
-
Ваша оценка:
1928 год, исчезает заместитель главного редактора популярной газеты «Красный рабочий». Говорят, что он сбежал от жены, но затем выясняется, что не хватает огромной суммы в редакционной кассе. За это дело берется сыщик Иван Опалин. Расследование осложненно тем, что к нему прикрепляют журналиста из газеты. У журналиста задание - написать серию очерков о работе угрозыска. Вскоре сыщик приходит к выводу, что его новый знакомый – очень подозрительное лицо…
Дом на Солянке - Валерия Вербинина читать онлайн бесплатно полную версию книги
– Ты что, хочешь, чтобы мы взяли его на задержание? Там почти наверняка стрельба будет. Он в обморок свалится, очень нужно с ним возиться!
– Не свалится. Он бывший врач.
– Да? Ну хорошо, возьмем его с собой. Под твою ответственность. Только вот что: если я увижу, что он нам не подходит, он уберется. Ясно?
– Ясно, – буркнул Опалин.
Тут, постучав, в дверь просунулся сконфуженный Логинов и довел до сведения присутствующих, что во Дворце труда обнаружен еще один труп.
Глава 25
Погоня
В тот день Басаргин пришел домой поздно и, не отвечая на расспросы встревоженной Вари, лег на диван и попросил пирамидон[13].
Жена захлопотала с лекарством, принесла воды, чтобы запить его. Пришла кошка, села на стул, обернув хвостом лапки. Басаргин протянул руку, и она даже дала себя погладить – впрочем, только раз.
– Что произошло? – не выдержала Варя. Она инстинктивно чувствовала, что муж может остро отреагировать на расспросы, но мучиться в неведении было тоже несладко.
– Ничего, – вяло ответил писатель. – Ничего, – повторил он. – У нас на работе еще три трупа. И Должанский исчез.
Варя ахнула.
– Как же…
Максим Александрович приподнялся и сел на диване. Он был бледен и растерян.
– Варя, это он их убил… Глебова, Фарбмана и пасынка редактора. Господи! Как же я презирал Глебова, когда он был жив… И Фарбман с его шуточками про безбожников мне тоже действовал на нервы. А сегодня увидел, как их вытаскивали из шкафа…
– Какого шкафа?
– У Должанского был шкаф в кабинете. Он их убил и тела туда засунул… впрочем, не важно.
– За что? – очень тихо спросила Варя.
– Я не знаю. Не знаю. – Басаргин потрогал лоб, под которым пульсировала боль. – Там какая-то мутная история, Варя. Меня допрашивали, что я знаю о Должанском… Варя, если тебя тоже будут спрашивать, говори, что мы с ним были просто коллегами. Черт его знает, как теперь все повернется… Опалин думает, что дело может забрать ГПУ.
– Почему?
– Да потому что… Бывший типографский рабочий, как же! Трех человек убил средь бела дня, и никто ничего не заметил, только когда труп Антона на лестнице нашли, спохватились… И Карпова тоже Должанский, судя по всему… Опалин сказал, что и Карпова, и Антона убили одинаково, это сделал один и тот же человек… – Писатель лег, и жена машинально поправила подушку под его головой. – Варя, я тебя умоляю, если Петр Яковлевич вдруг объявится, беги звони в милицию, в угрозыск… Ни в коем случае не оставайся с ним одна. Слышишь?
– Ты знаешь, он мне не нравился, – негромко начала Варя. – Но думать, что Должанский мог убить четырех человек…
Басаргин скрипнул зубами:
– Варя, похоже на то, что он не Должанский.
– А кто?
– Не знаю. – Писатель заворочался на диване. – Может быть, он и Колоскова убил? Я уже не знаю, что думать. Ясно одно: он опасен! А я Бунина с ним обсуждал… – Он вздохнул. – У Оксюковича приступ случился, кровь горлом пошла… Его в больницу отвезли, Поликарп туда же помчался. Выпуск газеты отменить хотели, но Поликарп вернулся, всех призвал к порядку… Кое-как сверстали номер…
Тем временем в Большом Гнездниковском переулке, в кабинете, который некогда был будуаром и где под потолком до сих пор сидели лепные амуры, горела лампа и тек нелегкий, вязкий, как деготь, разговор.
– Терентий Иванович, – говорил большой, важный человек, который очень многое значил в угрозыске, – у нас большое число текущих дел в разработке, плюс банда, которая собирается ограбить Мосгорбанк. То, что произошло в «Красном рабочем» – это явная диверсия…
– Не уверен, – довольно сухо промолвил Филимонов.